Религиозное движение трезвенников, которая казалось бы преследовала благую
цель избавить страну от пьянства, в итоге встала поперек горла, что имперским,
что советским властям.
К концу XIX века Россия пила и пила крепко, в ходу были привычные нам напитки
в виде вина или водки, так и суррогаты в виде политуры - спиртосодержащая
жидкость для полировки дерева, которая пользовалась популярностью у совсем не
притязательных потребителей.
Один из символов эпохи стал "мерзавчик" - небольшая емкость под вино или
водку, объемом 1 - 1,5 стопки, которую удобно было носить за пазухой, а при
случае сорвать пробку и осушить прямо из горла.
На самом деле пьянство на Руси было всегда и пьянствовали как могли, но именно
в конце XIX века правительство озаботилось здоровьем населения. Правительство
избрало курс на оздоровление, в духовном и физическом смысле, граждан. К концу
XIX века получило небывалое распространение ночлежек, приютов и домов
трезвости... это стало звоночком, что происходит что-то нехорошее.
Власти разрывались в двух "направлениях", власти хотели зарабатывать на
пошлинах на алкоголь, с другой власти хотели, чтобы жители империи пили
поменьше. Власти увеличивая количество лицензий на производство алкоголя
провоцировало пьянство населения, уменьшая количество лицензий, население
начинало гнать самого и пили так же "бойко".
Александр II крестьянской реформой освободил крестьян, но население деревень
растет, и крестьяне разъезжаются по городам в поисках работы. В деревне
крестьяне жили общиной и на случай какой-то беды друг друга не бросали и
помогали чем могли. А в городе все чужие, с голоду не умрете, на крайний
случай напопрошайничаете, но не более.
И казалось бы город плох и крестьяне могли бы вернуться в деревню, но город
затягивает. В деревне ничего не происходит, там совершенно иной ритм жизни,
даже результат труда виден лишь через несколько месяцев, когда урожай
вырастет, а в городе результат виден сразу. К тому же в деревне мало земли и с
каждым поколением крестьяне там живут все беднее и беднее. А в городе можно на
паперти заработать за пару часов на поесть и попить, а может даже хватит на
мерзавчик. А если день выдастся удачным, то можно и в кабак сходить, а там
такие же бедолаги, которых ты поешь сегодня, а завтра они тебя.
И именно в такой среде появляется проповедник трактирщик из Самары Иван
Чуриков или Братец Иоан Самарский. Иван Алексеевич Чуриков родился в год
отмены крепостного права в 1861 в Самарской губернии. Большую часть детства
Иван Алексеевич провел в Самаре, где работал в бакалейной лавке своего дяди. В
20 лет он женился, стал отцом и стал содержателем трактира. Вскоре у него
умирает дочь в возрасте двух лет, на этой почве жена сходит с ума. Иван
Алексеевич распродает имущество, надевает вериги - металлические цепи, которые
носят на себе верующие для усмирения плоти.
Надев вериги Иван Алексеевич отправился проповедовать в "гнездо порока" в
Санкт-Петербург на Лиговку. В то время Лиговка это алкогольная столица с
десятками кабаков, ночлежками, работницами публичных домов... Чуриков на
Лиговке занимался тем же что и большинство безработных, просил милостыню.
Как-то раз сидя на набережной у собора Святого Мирония на него обратила
снимание одна женщина
- как звать тебя брат?
- так и звать
Женщина была из Ярославля и называла Ивана по свойски "Братец". Она предложила
ему жилье и Иван переселился к ней. Цель его приезда это проповеди и
центральная тема проповеди это борьба с пьянством. Именно с этого он начал
свою социальную деятельность среди низов. Но помимо отказа от пьянства,
сквернословия, блуда, табака и наркотиков его цель была куда возвышеннее.
Братец Иоан считал, что пьянство это не состояние, а процесс и суть праведной
жизни это воздержание и самоограничение.
Трезвость это осознанный труд, быть в трезвости это не только отказаться от
алкоголя, наркотиков и табака это значит вверять свою судьбу божьей воле.
Потому что человек слаб и только богу под силу спасти его от пороков этого
мира. А человек должен постоянно работать над собой, стараться быть
добродетельным, ограничивать себя от соблазнов и уповать на высшие силы.
Основой богослужений трезвенников являются беседы - коллективные собрания, на
которых читались православные молитвы, а позднее трезвенические, а так же
проповеди об излечения пороков и различные истории.
В момент принятия трезвости и вступления в общину Братца человек получал
кусочек сахара - который символизировал начало сладкой жизни. Но это не
единственная придумка Чурикова. В православной церкви причищают хлебом и вином
- символы плоти и крови Христова. Трезвенникам это не подходило, поэтому они
причищение делали водой или в редких случаях ягодным соком.
При этом Братец Иоан не считал, что он создал новое религиозное движение, все
послушники себя считали православными и даже ходили в церкви. Но вскоре пути
общины и церкви стали расходиться.
- Я обвиняю алкоголь, в том, что он лжец и обманщик, который расслабляет
человека, обещая согреть он морозит, обещаясь живительным причиняет лишь
болезнь и убивает жизнь
- Я обвиняю алкоголь, в том, что не проходит дня в который он не привел бы
сильных и здоровых до чахотки или не поразил бы человека ударом паралича
- Я обвиняю алкоголь, в том, что он гнусный злодей и разбойник, грабящий у
людей заработанные трудом и потом деньги и гонит в больницы и тюрьмы
- Я обвиняю алкоголь, в том, что он преступник, совершающий насилия и
убийства
- Я обвиняю алкоголь, в том, что он вероломный изменщик, который погубил
материально и нравственно миллионы людей, целые нации и государства
- Я спрашиваю, кто мерзок богу и людям - пьяница
- У кого жена и дети несчастны? У пьяницы
- У кого с языка, как из грязного источника всякая грязи и сквернословия
льются? У пьяницы
- Запомните, пьяница, царства божиего не наследует
Это фрагмент типичной проповеди и казалось бы что тут такого если идет
проповедь о здоровом образе жизни? Воскресные проповеди Братца стали очень
популярными, в основном за то, что он доступным языком толковал писания, а это
очень важно, потому как его паства это в основном рабочие - бывшие крестьяне
без образования.
Взрывной рост популярности Братца привлек внимание православных священников.
Мало того, что он по сути создал конкуренцию для них, так много необразованных
рабочих верили, что Братец обладает мистической силой.
В 1890-х полиция, по доносам священнослужителей, начинает разгонять собрания
трезвенников. И казалось бы Братец начнет проповедовать что-то против
православия или правительства, но нет. Зато он начал проповедовать против
переписи населения, что должна была пройти в 1897 году. Например старообрядцы
тоже не желали участвовать в переписи, хотя бы из соображения скрытности. Но
логика Чурикова была следующей: он ссылался на Ветхий завет, где царя Давида
надоумил провести перепись сам Сатана, а в Новом завете инициатором переписи
стал царь Ирод. Один словом, Чуриков проповедовал, что перепись населения
может привести к бедствиям.
Для властей это было через чур. Власти арестовали Братца Иоана и выслала в
Самару, где он тут же основал новую общину. Тогда вмешался митрополит
Санкт-Петербурга Палладий и Братца поместили в сумасшедший дом. Но уже через
два года Чуриков оказывается в Суздальском Спасо-Евфимьевском монастыре, а в
начале 1900-х он пропадает из монастыря, чтобы оказаться на свободе. История
умалчивает, как ему это удалось.
Он оказывается опять в Санкт-Петербурге, здесь его община в складчину
приобретает дом, для проведения собраний. Сначала съемный на Петровском
острове, а потом собственный на рабочей окраине столицы в Обухово, рядом с
металлургическим заводом. И расположение собственного дома было не случайно,
потому как проповеди были в первую очередь ориентированы на рабочий класс.
Подобные встречи так же имели "стратегическое" значение для прихожан: здесь
можно было завести горизонтальные связи и даже вертикальные. Здесь можно было
найти новую работу или сменить ее через знакомства. Поэтому вступление в
общество трезвенников несло не только нравственные плюсы, но и материальные.
К 1905 году собрания трезвенников уже насчитывают тысяч человек и конечно,
собственное здание уже всех не вмещало. Поэтому общество в складчину
приобретает землю, уже за пределами города, ныне это Вырица.
В Вырице община вытроила еще несколько домов для собраний и занялось сельским
хозяйством. Дела шли очень хорошо, они занимались хлебом, молочной продукцией.
3 января 1010 года трезвенники заключили мир с животными. Звучит дико, но это
означало, что они отказались от поедания мяса - по сути они перенесли
православные постные ограничения на повседневную жизнь.
За исключением противодействия переписи населения, трезвенники отличались
исключительной порядочностью и законопослушностью. Однако православные
священнослужители регулярно сообщали в правоохранительные органы об из
собраниях. И регулярно собрания трезвенников разгонялись. В какой-то момент
слухи об общине трезвенников дошли до премьер-министра Петра Столыпина. Он
посчитал общину полезной и в 1911 года лично утвердил устав братства Чурикова.
И дела стали еще лучше.
Но в 1914 году разразилась финальная битва между братством Чурикова и
православной церковью. Чуриков никогда не считал, что он создал свою
религиозную секту или направление. Даже время проведения воскресных проповедей
он выбирал, так чтобы после окончания, его паства могла успеть на службу в
православные храмы.
У церкви накопился внушительный список претензий к Чурикову
- Братец вольно трактовал писания
- Одевался как священников
- Носил на груди большой крест поверх одежды, что было запрещено
- Был сектантом с опытом содержания в сумасшедшем добродетельным
-
Клирики усмотрели у трезвенников признаки обожествления самого Чурикова
В 1914 году Чуриков петербургской духовной консисторией (местный орган
управления церковью, что-то вроде духовная региональная администрация)
сектантом и был отлучен от причастия православной церкви. Община раскололась
на тех кто поддержал Братца, и те кто решили не уходить из православия. При
этом и те другие не перестали ходить в православные церкви и не перестали
захаживать на собрания трезвенников. И в дальнейшем оба направления
формировали свои вероучения вокруг отношения к фигуре Братца Иоана.
Для чуриковцев этот период стал своего рода второе пришествие Христа, а для
православных трезвенников Чуриков остался важным духовным наставником.
С приходом большевиков для трезвенников ничего не поменялось, потому как им
было "по пути". На ранних годах становления советской власти, правительство
боролось с пьянством, поэтому община была кстати. В 1918 году чуриковцы
зарегистрировались как трудовая коммуна "трезвенников братца Иоанна Чурикова".
Однако в 1920 в стране была разрешена продажа вина, крепостью до 12%, а в 1921
до 14%, а потом до 20%. А в 1925 году появляется водка "Рыковка".
Но несмотря на все паства Чурикова росла и казалось наступил Золотой век
общества трезвенников. Но в конце 1920-х тучи начали сгущаться. По
Санкт-Петербургом в Левашовской пустоши с 1930-х по 1950-е расстреливали тех,
кто не избежал лап ОГПУ-НКВ-МГБ.
Вот как описывают чуриковцев в "Справочник спутник безбожника по Ленинграду",
1930
Чуриковцы (Экскурсия в бывшую «коммуну» Чурикова в Вырице, по
Детскосельской жел. дор.). Основатель секты — «братец» Иван Чуриков, бывший
конокрад, а затем крупный торговец рыбой и хлебом. Поселившись в Петербурге
в 1894 г., Чуриков приобрел себе известность как «апостол трезвости». Это
оказалось небезвыгодным: поклонники Чурикова выстроили ему роскошную дачу —
помещичью усадьбу, с большим участком земли. После Октябрьской революции
Чуриков организовал здесь «коммуну», 230 членов которой в течение нескольких
лет безропотно работали на него, голодая и подвергаясь даже бичеванию
(недаром «коммуну» называют— «БИЧ» — по инициалам «братца»). Что
представляет собою Чуриков, видно из того, что в 1919 г. он с хлебомсолью
встречал белых и анафематствовал «красных разбойников». Чуриковцы отрицают
науку и культуру. «Братец» запрещает больным обращаться за помощью к
докторам, сам он лечит маслицем и сахаром. Чуриковские «богородицы» продают
его волосы и ногти.
В настоящее время в коммуне «БИЧ» переизбрано правление из пяти человек:
один представитель секции колхозов, один от Детскосельекого РИКа и трое —из
числа членов коммуны. Настойчивая работа детскосельских общественных
организаций, Ленинградской секции колхозов, Облзема и печати привела,
наконец, к желательным результатам. На перевыборном собрании члены коммуны
заявили: «Мы будем работать так, как должны работать все колхозы».
Этому материалу доверять идея так себе, но зато дает понять, что чуриковцы
вдруг встали в немилость советской власти.
В 1928 закрыли дом-общину в Обухово, трезвенники собрались вокруг Вырецкой
коммуны. Годом спустя ОГПУ арестовала Чурикова и осудили за контреволюционную
агитацию. В 1932 ему добавили еще 3 года, а в 1933 во время этапа Братец Иоанн
погиб, причина неизвестна.
Чуриков Иван Алексеевич (1861)
Дата рождения: 15 января 1861 г.
Место рождения: Самарская губерния, Новоузенский уезд, Александро-Гайская
волость, д. Передовой Посёлок
Пол: мужчина
Профессия / место работы: руководитель «Трудовой Коммуны трезвенников Братца
Иоанна Чурикова».
Место проживания: Ленинградская обл., с. Вырица
Дата смерти: 5 сентября 1933 г.
Место смерти: в заключении в Ярославском политизоляторе
Где и кем арестован: в Ленинграде, куда был вызван повесткой следователя для
дачи показаний
Дата ареста: 19 апреля 1929 г.
Обвинение: контрреволюционная агитация
Осуждение: сентябрь 1929 г.
Осудивший орган: Особое Совещание при коллегии ОГПУ
Приговор: 3 года Политизолятора
Место отбывания: Ярославский политизолятор
Комментарий к аресту: В 1932 году срок заключения продлен на 3 года
Гонения и гибель Чурикова еще больше среди трезвенников усилило божественный
образ в общине. Чуриковцы считают, что он не погиб в 1933, а вознесся на небо.
С этого момента чуриковцы считают Братца Иоанна вторым пришествием Христа.
Несмотря на репрессии, общество трезвенников сохранилось, но из под полья они
вышли лишь в 1990-е. Раскол трезвенников не был преодолен. Православные
трезвенники стали собираться в Обухово при православных храмах, а вторые в
1989 году вернулись в столицу Трезвости Вырицу и именно в тот самый дом, где
когда-то проповедовал Братец.
.png)
