Перенесемся в Санкт-Петербург начала XX века. Мы пробуем снять квартиру ближе к центру города, на входе нас встречает швейцар, открывает большую, резную деревянную дверь с начищенными медными ручками. Проводит в квартиру, светлую, просторную. Квартира на третьем этаже, имеется водопровод и электрическое освещение. Швейцар дополнительно поясняет, что на чердаке прачечная и сушильня, летник в подвале и отдельно добавляет "выгребные ямы аккуратные" и в подтверждение открывает форточку во двор, запаха и действительно нет, хотя всего лишь третий этаж.
Все выглядит благопристойно и можно сказать по-современному, но если обойти дом вокруг и зайти в него со двора по черной лестнице, то картина будет совсем иной. Черная лестница предназначена для прислуги, она уже и круче, по ней постоянно снуют рабочие: кто-то несет белье, кто-то дрова, а кто-то сидит на стульчике в углу со спущенными штанами, потому как труба для слива нечистот тоже проходит тут.
На черной лестнице временно хранятся ушаты с нечистотами, шкафы с нерационально сохраняемой провизией, здесь же отхожие места самого примитивного устройства, ступени лестницы обливаются ежедневно выносимыми помоями.
Но обо все моп порядку.
Как строили дома
Постройка дома начинается с выбора участка земли и в Российской Империи земли были частными по большей части, особенно в регионах. Застройщики того времени тоже, как правило частные лица, а не фирмы. И зачастую дома строятся не для продажи квартир или здания целиком, а под сдачу в аренду, т.е. это инвестиция, чтобы потом жить на доходы. Такие дома так и назывались "доходный дом".
В столице застройщики чаще всего выкупали землю, под застройку, а вот в провинции чаще случалось так, что земля принадлежала одному, доходный дом другому, а жили третьи. Кстати, в Российской Империи, запрещено было сдавать землю более чем на 30 лет, только к 1910 году разрешили арендовать землю на 50 лет. Сами понимаете, что строить здание не на своей земле чревато и случались проблемы.
Бывало так, что когда срок аренды подходил к концу, то арендаторы не хотели продлевать его и тогда застройщики бывало сжигали дома, лишь бы те не достались владельцу земли. А теперь представьте, что у вас городские кварталы, застроенные по такой схеме. Такие случае были редкими, это "крайний случай", но пример демонстрирует права застройщика.
До революции согласования нового здания было простейшим: архитектор предоставлял план здания и проект уличного фасада в городскую управу и застройщику нужно было получить лишь одну подпись. Зачастую правила были простейшими, например, в Санкт-Петербурге высота здания должна была быть не больше ширины улицы, на котором она будет стоять.
Все основные требования к зданию перечислялись в строительном уставе, страниц на 50. И на этих 50 страницах перечислено вообще все, от заготовки леса, до требований к отхожим местам во дворе.
Архитекторы предоставляли в городскую управу очень простые проекты, досконально там ничего не прописывали: рисовали поэтажный план здания, рисовали внешний вид здания без декора, декор изображали только в том случае, если планировался какой-то нестандартный. Коммуникации тоже не рисовались, архитектор это решал сам, во время строительства.
Архитектор зачастую и контролировал стройку, план он держал в голове и указывал рабочим что делать. Хотя в Москве и Санкт-Петербурге уже появляются архитектурные бюро.
Закладку дома надо освятить и это целое событие. Приходит священник, приходит хозяин дома с родственниками, архитектор с помощниками, строители, готовятся угощения и выпивка. Обычно праздновали, когда уже были леса и дом начинал выходить из фундамента, т.е. не на пустыре.
В каменной кладке дома оставлялось место для небольшой свинцовой коробочки, на столе ставилась икона и миска с водой, начинался молебен святосвятье, молились о с ниспослании благодати и благоденствии дому сему, дьяком провозглашал многолетие хозяина его потомства. Затем каждый подходил целовать крест и священник каждого окроплял святой водой. Десятник вставлял в гнездо свинцовую коробочку и наливал в него вареного, постного масла, потом все подходили к гнезду, вначале священник чтобы окропить коробочку святой водой, потом хозяин, близкие и гости. Каждый клал в коробочку монету, чеканки того года в который производилась закладка. Затем края коробочки загибались и над коробочкой укладывалось 2—3 ряда кирпичей.
Далее все здание освящалось водой и конечно церемонию следовало отметить. Сколачивался грубый стол и под открытым небом, если погода позволяла, все без исключения ели и выпивали.
Архитектор для строительства сам нанимал артели: штукатуров, моляров, плотников... Эти артели зачастую собирались из крестьян, после окончания полевых работ мужику делать нечего и они уходили в город на заработки. Такие промыслы назывались "отхожими", но к посевной мужики возвращались. Таких крестьян называли "отходниками". У таких бригад не было названий и офисов. Застройщик зачастую обращался к проверенным бригадирам и имел с ними дела напрямую. На стройке возводили леса, в землю врывали бревна. Часто на лесах возводили крест и он там находился, пока дом не покрывали крышей. Пятиэтажный дом возводился за 4—6 месяцев, далее шла отделка. После закладки дома, примерно через год туда уже заселялись люди.
Хороший каменный дом обходился примерно в 75 рублей за кв.м., добротный деревянный дом за 50 рублей за кв.м. Если говорить о среднем пятиэтажном кирпичном доме, то это примерно 400 000 рублей, на наши деньги это примерно 400 000 000 рублей. Это большие деньги, поэтому в 99% случаев такие дома строились в кредит, под залог самого дома поэтажно. В итоге застройщик своих средств вкладывал 1/4 или 1/5. В результате реальный доход собственника был не очень большой потому как нужно платить проценты по кредиту и платить аренду за землю, доходность была около 2% в год от стоимости дома.
И кажется зачем тогда вкладываться в такое дело? В год получается, доходность с одного дома, как годовая зарплата хорошего специалиста, зачем вся такая морока? А дело в том, что это как инвестиция в недвижимость — всегда этот дом можно продать и со временем стоимость жилья только растет.
В начале XX века в Москве и Санкт-Петербурге начинается строительный бум — застройка ведется кварталами, в домах повсеместно проведено электричество, вода, а в квартирах ванны.
Как жили
Тогда самым престижным этажом считался второй. На первом располагались магазины, трактиры... в общем коммерческая недвижимость. Самый бедный этаж считался последний. Под самой крышей жили рабочие и студенты, причем по несколько человек в одной комнатушке.
Часто было так, что один человек снимает квартиру у владельца, далее сдавал в субаренду комнаты, а съемщики комнат сдавали углы в комнатах. Семейные огораживали угол занавеской, рабочая молодежь могла на полу спать, даже снимать одну кровать на двоих, когда работали в разные смены. Представляете какие запахи там стояли?
Большинство жителей Москвы и Санкт-Петербурга жили в квартирах, деревянных домов. Цены на квартиры не зависели от метража, а зависели от количества комнат. В Москве одна комната в каменном доме стоила от 40—80 рублей в год, на наши деньги от 40—80 тыс. рублей/год. Тогда образованный класс получал примерно от 1500 рубле/год, а вот рабочий получал максимум 500-600 рублей/год и с такой зарплатой реально было снимать только угол.
Водопровод
В провинциальных городах не было водопровода, и все брали воду из реки или колодца. При появлении водопровода в городе не означает крана в квартире, на первом этапе это уличные колонки или фонтаны для набора воды.
Когда появился водопровод по городам России:
- Саратов — середина XX века
- Екатеринбург - после революции
- Пермь - 1907 год
- Харьков - 1881 год
Вода подавалась без фильтрации. Но плохая вода это совсем не беда, канализация, вот где творился ужас.
Канализация
В провинциальных маленьких городах в этом плане было наилучшим образом, туалет представлял собой классическую выгребную яму по типу туалета на дачном участке. Деревянная будка называлась "ритератник" — от слова "ритерада" — отступление. Все содержимое периодически вывозилось на крестьянские поля в качестве удобрения и занимались этим специальные люди "золотари".
Добро вывозили в больших ящиках и только по ночам, моей задачей, было в ту зиму, разбрасывать золото по полю. Его смешивали со снегом, на морозе это золото превращалось в крупу, а потом лопатами разбрасывали ее по снегу и никогда на бесснежные участки поля. Весной, когда снег начинал таять, этот концентрат просачивался в почву. К такому методу применяли, чтобы чистое золото не выжигало растения. Хотя золотарь снимал рабочую одежду, но тем не менее в жилой дом вместе с ним проникало зловоние, которое никак не выветривалось.
В многоквартирных домах, для сброса нечистот использовался специальный трубопровод, который отдаленно напоминается мусоропровод. Труба проходила через все этажи, на каждом этаже были отверстия. Труба проходила по черной лестнице. Жильцы справлялись в горшки и выносили дела на черную лестницу, чтобы выкинуть в канализационную трубу. Труба вела в яму, которая по уму должна была быть герметичной, но застройщик экономил и зачастую такие ямы были обшиты досками. Причем не плотно, а с щелями и это делалось специально.
Чтобы вычистить яму с нечистотами, нужно вызывать золотарей, а это стоило денег, а если есть щели, то яма отчасти впитывалась в землю. В результате город пах от самой земли, он буквально был пропитан нечистотами, копка земли под канаву или под что-то провоцировал выбросы специфических газов.
Водопровод тех лет работал так, что он брал просто воду из реки, водозабор не снабжался фильтрами. Эпидемии холеры в городах, тогда это не что-то неожиданное, это обыденность. В конце 1900-х в Санкт-Петербурге эпидемии холеры унесли жизни нескольких тысяч человек, в последующие годы водопроводные сети Санкт-Петербурга были объединены и поставлены фильтры + вода стала хлорироваться. К 1914 году даже появился проект протянуть водопровод от Ладожского озера, но проект так и не был реализован, как не была реализована канализационная сеть. И это Санкт-Петербург, а что творилось в других городах?
Унитазы появились в 1880-е годы, с дозированным сливом воды и с изгибами, что закрывают водой запахи из канализации. Но проникновение унитазов в жизнь происходила медленно.
Мусор
Дела с мусором обстояли даже лучше, чем сейчас. Во вторичную переработку шло все и в мусорные ямы, по сути, летели только пищевые отходы. Например, из яблочных огрызком можно компот сварить, а из костей мыло сварить. Упаковки тогда почти не было, молоко, сметану набирали в свою тару. По дворам ходили старьевщики, которые выкупали все, от сломанных ножниц и разбитых тарелок, до ветхой одежды. Из всего этого можно было что-то сделать или перепродать.
Отопление
В начале XX века электричества, водопровода и центрального отопления не было почти не у кого, а греться нудно всем и конечно это делали в основном дровами. Почти все крупные города стояли у рек, выше по течению артели лесозаготовителей рубили лес и сплавляли его вниз по течению. На крупных реках, где имеется судоходство, бревна сколачивали в плоты или даже корабли (беляны) и сплавляли в таком виде под контролем, чтобы не было столкновений с судами. В городах баржи разбирались на дрова и стройматериалы. За отдельную плату дрова кололи и дворники приносили к дому.
Каких только печей не было в квартирах и домах Санкт-Петербурга: от голландских печей, до буржуек, даже в некоторых домах были русские печи. А вот каминов почти не было — дров на камин не напасёшься.
Изредка попадались дома с центральным отоплением, но это центральное отопление на дом: в подвале стояла печь, которая нагревала воду или воздух, а по квартирам проходили трубы с радиаторами. Но такие дома, как правило принадлежали очень зажиточным гражданам. В начале 1900-х появились электрические нагреватели, но это был абсолютный шик, доступный единицам.
Приготовление еды
Для готовки использовали печи, а для хранения продуктов "летники" — специальный шкаф, в стены которого закладывался лед, который запасался с зимы и хранился в подвале.
Изначально кухонь как таковых не было, точнее они были у тех, кто специально содержал кухарок. Но в обычных домах место под готовку определялось по принципу, где будет удобнее поставить печь. Со второй половины XIX века в Санкт-Петербурге стали строить доходные дома, где уже на этапе проектирование предусматривались помещения под кухни, в которых стояли кухонные очаги — печи с чугунными плитами, с встроенными емкостями для нагрева воды. А еще были керосинки, на которых легко было разогреть еду и не надо было мучаться с дровами.
Самый простой способ добыть кипятка это попросить дворника, у которого наверняка будет стоять заготовленный самовар, а еще можно было попросить дворника сбегать за едой в магазин. 120 лет назад доставка готовой еды была повсеместной, это про крупные города.
Освещение
В начале XX века в доходных домах идет конкурентная борьба за освещение. Конкурируют три разных системы: керосиновое освещение, спиртовые ламы и электрическое освещение. В конце XIX века керосиновые лампы полностью владеют рынком, хотя электричество уже есть. Основные недостатки электрического освещения — это дороговизна и необходимость прокладывать провода.
В начале XX начался бум спиртовых ламп, они были ярче и дешевле, но спирт. Тогда жизнь в потемках была естественной, поэтому одна лампа на 40 Вт в квартире это чудо из чудес. По началу на балах под электрическими лампами женщины и девушки жаловались, что слишком светло и видны все проблемные места.
К 1914 году в Санкт-Петербурге электричество было в каждой второй квартире, в провинции было хуже, например в Екатеринбурге к 1914 году было 90% уличных фонарей электрическими.
Обслуживание дома
До революции жизнь каждого многоквартирного дома поддерживало много народу и в первую очередь это дворники, их могло быть до 30, у них была даже своя иерархия. Они убирали прилегающую территорию, зимой снег складировали на лошади и отвозили на снеготаялки — снег топили над пламенем и сливали в канализацию, если она была. Дворники разносили дрова по квартирам, ходили за продуктами, кипятили воду и разносили кипяток, выполняли различные поручения жильцов за чаевые: выколачивали ковры, носили корзины с грязным бельем в прачечную, помогали выносить мебель в случае переезда, чистое белье носили на чердаки для просушки, ходили на почту, поливали цветы в отсутствие хозяев. Дворник важный помощник полицейского он знали каждого жильца, кто чем занимается.
Дворники жили в специальной квартире на первом этаже, в дворницкой. Квартирой распоряжался старший дворник, одна комната была его, в остальных жили остальные дворники. Жена старшего дворника готовила еду на всю ораву дворников.
Городское самоуправление
В городах развитием инфраструктурой, проверкой городских служб занимались городские думы. По законодательству от 1882 года был введен имущественный ценз — избирать депутатов могли только домовладельцы. Подавляющее большинство жителей города квартирами не владело, поэтому выбирать депутатов не могло. Избирательным правом владело менее 1% городских жителей. Поэтому городское самоуправление выбирали частные застройщики и законы выбирались такие, которые были выгодны девелоперам. Из-за этого города застраивались плотно, без свободного места.
Комментариев нет:
Отправить комментарий